17.07.2020 | 08:00 67775

Петербург в ловушке аварийности

Город изнашивается и ветшает быстрее, чем его успевают чинить. Это меньше заметно на красных линиях парадного центра. Но бросается в глаза во вторых-третьих дворах. А на подходе хрущевки, с которыми тоже что-то придется делать.

Город изнашивается и ветшает быстрее, чем его успевают чинить. Это меньше заметно на красных линиях парадного центра. Но бросается в глаза во вторых-третьих дворах. А на подходе хрущевки, с которыми тоже что-то придется делать.

Картина маслом: высокие чиновники совершают объезд объектов капремонта. Херсонская, 10: ремонтируют фасад, латают кровлю, меняют двери. А в 2015 году здесь меняли проводку, лифты и горячее водоснабжение. В 2018-м – теплоснабжение и канализацию… «Пусть не в один год, но за три-четыре года, подбирая адреса и совмещая работы, мы получаем тоже полностью новый дом!» – заявляет председатель жилищного комитета Виктор Борщев.

Обнять и плакать. А сразу, чтобы не копать три раза, жильцов не мучить, – никак нельзя было? Тришкин ремонт… Я не отношусь к числу ностальгирующих по СССР. Но, по-моему, тогда в ходу был комплексный ремонт – с заменой не только сетей, но и перекрытий. С расселением граждан в маневренный фонд.

В мае на Кирочной обрушились балконы. Каждое ЧП – главный сигнал и стимул для городского Фонда капремонта: все вдруг забегали! «За прошедшую неделю осмотрено более 2000 балконов, преимущественно в историческом центре!» – рапортует Горжилинспекция. А за неделю до аварии – сколько осмотрели, можно поинтересоваться? И насколько достоверную информацию дает тот самый «визуальный осмотр»?

В этом году в Центральном районе «планируется провести 434 вида работ на сумму более 2,5 млрд рублей». Сколько домов – чиновники не пишут. Но больше трехсот – точно: 258 объектов – это замена инженерных сетей. Так и живем: где-то кусок кровли поменяют, где-то – двери…

Урок арифметики

В городе Петербурге, по данным Фонда ЖКХ, 4 464 жилых дома, построенных до революции. То есть им по-любому больше 100 лет. На круг – почти 100 тыс. квартир, 9 млн кв. м, 15,7% жилищного фонда. Часть – памятники, основная масса – просто историческая застройка. Нормативный срок жизни таких зданий – 100–150 лет, в зависимости от конструкции. Следовательно, каждый год «по аварийности» под снос или на реставрацию (просто по показателю технического износа) должны уходить 40–50 исторических зданий.

По нашей просьбе депутат Борис Вишневский запросил в жилищном комитете данные по аварийности жилищного фонда. (Депутатам чиновники быстрее отвечают, чем СМИ.) Оттуда ответили: с октября 2011 года Городская межведомственная комиссия «в установленном порядке» признала аварийными 114 жилых домов. (Это не только в центре, это по всему городу, включая бараки в Старо-Паново или поселке Песочный.) 16 отправили на реконструкцию. И по 73 адресам заявители получили отказ или указание о дополнительном обследовании.

По сведениям сайта ГосЖКХ (gosjkh.ru), в Петербурге в аварийном состоянии находятся 262 многоквартирных дома общей площадью 263 572 кв. м.

По данным ГБУ «Кадастровая оценка», в 2013 году к «ветхому жилью» (износ более 61%) относилось 0,5% городского жилфонда – 575 200 кв. м. (Сразу уточним: ветхое и аварийное – не одно и то же; аварийное – если есть угроза обрушения.) А на начало 2020 года ветхого – уже 5%, 7 991 200 кв. м. За семь лет – рост более чем в десять раз!

Мне одному кажется, что мы у порога полномасштабной катастрофы? Просто она произойдет не вдруг, а растянется на годы. Сообщения о протечках и «обрушениях балконов» станут рутиной, уйдут с первых полос; разница в цене между старым и недавно построенным жильем будет все заметнее… ТСЖ будут одно за другим банкротиться под грузом штрафов от КГИОП за «несоблюдение памятника в надлежащем виде». И все это будет происходить на территории «города-музея», самого большого в Европе охраняемого участка исторической застройки, под неусыпным взглядом ЮНЕСКО. Международные эксперты и ИКОМОС бдительно следят за недопущением нового строительства в пределах памятника, а что он сам по себе потихоньку осыпается, их волнует гораздо меньше. Ну, получатся живописные руины, размахом в пять Венеций, будут привлекать туристов. 

Город постепенно превратится в приснопамятные кварталы Шкапина – Розенштейна, где, помнится, немцы, экономя на декорациях, снимали кино про штурм Берлина в 45-м. (Фильм «Бункер» режиссера Хиршгибеля.) Дыма киношного добавили – и всё.

К сожалению, эта задачка не имеет очевидного красивого решения. Любые расклады упираются в деньги. Девелоперов в центр калачом не заманишь – они уже пробовали. Досужие разговоры о «переезде федеральных структур» – это про два-три квартала, не про город. Помните, вроде совсем недавно была такая программа «Развитие и сохранение исторического центра Петербурга»? И где она? Там же, где «Стратегия 2020» и прочие бумаги с кучей правильных и совершенно бесполезных слов.

Массовый провал

И это только первая часть Мерлезонского балета. Потому что вторая – это хрущевки. По разным подсчетам, у нас от 1 400 до 1 700 (зависит от методики подсчета) жилых домов в «кварталах массовой застройки».

Там тоже невеселые перспективы. Ситуация, наверное, не такая печальная, как в старых кварталах, но тоже далека от идеала. В феврале на Ново-Александровской, 27, отвалились две фасадные плиты. Никто не пострадал; жильцов эвакуировали. Потом разрешили вернуться. Эта панельная пятиэтажка относится к серии ОД (Обуховский ДСК, 1961 год). И здесь мы выходим за рамки чисто петербургской истории. В июне в Омске в такой же панельке две плиты выгнулись, угрожая рухнуть на прохожих; их подперли от греха металлической трубой. В этих сюжетах самое главное – то, что они случаются не в результате взрыва газа или в ходе ремонта, а как бы сами по себе. Ну, были трещинки…

Но, похоже, «наверху» запах жареного слышен вполне отчетливо. Иначе с чего бы вдруг спикер Совета Федерации Валентина Матвиенко (буквально через пару дней после ЧП в Омске) заговорила о необходимости «распространить программу реновации на всю страну»?

Хрущевки массово строили с середины 50-х годов прошлого века (1955 год – постановление «Об устранении излишеств в проектировании и строительстве») примерно до середины 60-х. Дальше пошли брежневки, но это уже другая история.

Хорошо бы нашему начальству осознать непреложный факт: бурное развитие индустриального домостроения, решение – в короткие сроки – глобальной проблемы дефицита жилья порождает по прошествии определенного времени не менее глобальные риски.

И для начала полезно хотя бы понять: а насколько всё серьезно? Как на самом деле обстоят дела с износом конструкций и сетей?

И здесь есть действительно хорошие новости. 25 июня вступили в силу новые правила обследования пятиэтажек на предмет аварийности – упрощенный и облегченный порядок. Пока не вполне понятно, как и когда он может применяться. Но хотя бы то, что для признания аварийности можно исследовать не все конструкции, а 10%, – уже огромный шаг вперед. Но, сделав его (допустим, власти и собственники поднапрягутся и проведут сплошное обследование хрущевок), мы упремся ровно в ту же проблему: деньги. На всю Россию одна Москва может себе позволить тратить 100 млрд в год на реновацию. Воронеж с Омском отдыхают. Даже в Петербурге этот процесс идет гораздо труднее.

Пересматривать бюджетные приоритеты? Или налаживать производство металлических труб для подпирания?

Вот так всегда: задумаешься о выпадающих панелях и, как тот сантехник, приходишь к выводу, что «всю систему менять надо».

Текст: Дмитрий Синочкин специально для BN    Фото: Алексей Александронок   

Хотите получать
свежие новости BN.ru?
Подпишитесь!
email:
Нажимая «подписаться» вы подтверждаете, что согласны с Договором Оферты и Политикой конфиденциальности.
Подтвердите подписку!
Мы отправили вам письмо со ссылкой подтверждения.
Если в течение 15 минут вы не получили письмо:
– Посмотрите, пожалуйста, в папке "Спам".
– Проверьте, правильно ли вы написали свой адрес