Впрочем, серьезные виды на российскую столицу имели и другие, не менее яркие архитектурные звезды. Заха Хадид обещала невероятный по красоте и технологичности выставочно-гостиничный комплекс на территории «Москва-Сити». Рем Колхас планировал жилые кварталы для «Кроста». Эрик ван Эгераат создал революционный проект «Русский Авангард» и здание для национальной библиотеки в Казани. Московские чиновники привозили для консультаций Фрэнка Вильямса, по проекту которого было построено 15 небоскребов на Манхэттене. Лучшие архитекторы мира хотели, но не успели изменить облик Москвы.
Кризис ударил, в первую очередь, по знаковым и смелым архитектурным проектам. Вместе с иностранными звездами Москва потеряла шанс стать мировым мегаполисом с впечатляющей урбанистической архитектурой. От Захи Хадид в столице остался только дом на Шарикоподшипниковской улице, от Фостера – пугающий пустырь вместо «России» и саркофаг ЦДХ. О знаковых проектах еще несколько лет никто не заикнется. Российские архитекторы тоже лишились возможности воплотить свои амбиции в интересных проектах – они могут рассчитывать только на коммерческое, то есть элитное жилье по вкусам заказчика. Инновации в архитектуре, подобные проектам Фостера или Хадид, теперь возможны только на государственные деньги и при возведении социально значимых объектов.
Я думаю, что у московских и региональных властей появился реальный шанс изменить имидж российских городов. В столичном регионе примером воплощения современной архитектуры и урбанистики должен стать «Инноград», но Сколково находится за городом. Кроме того, похоже, что чиновники застряли уже на организационном этапе проекта. В городе катастрофически мало примеров воплощения интересных идей. Архитектурное бюро «Атриум» Антона Надточия по заказу «Дон-Строя» и Департамента образования города Москвы спроектировало на востоке столицы, в микрорайоне Кожухово, красивую коррекционную школу-интернат для детей-сирот и детей, оставшихся без попечения родителей, а также учебный комплекс в 12-м микрорайоне Щукино. И пожалуй, это все. По неофициальной информации, Эрик ван Эгераат будет строить институт повышения квалификации для сотрудников Сбербанка и экопоселок эконом-класса.
Чтобы понять масштабы катастрофы, достаточно посмотреть на соседей. Заха Хадид построит в Эр-Рияде Центр изучения и исследования нефти. Фрэнк Гери – Центр международного кинофестиваля Camerimage в Лодзи. Бюро Нормана Фостера представило генплан нового комплекса медицинских учреждений для Мехико.
Некоторые читатели могут припомнить баталии вокруг архитектурного проекта Мариинки в Санкт-Петербурге. Я возражу: возьмите хотя бы школы, вузы и библиотеки. Точно никто не будет протестовать. Уверена, что москвичей могло бы радовать, а не пугать, как сейчас, здание Всероссийского научно-исследовательского института по переработке нефти, будь оно построено, например, Захой Хадид.
