Агентство решило снизить ставку по стабилизационному кредиту с 13 до 5,7% годовых (т.е. до 2/3 от ставки рефинансирования ЦБ) для тех должников, чей кредит был реструктуризирован, и после этого они не допустили ни одной просрочки в течение 6 месяцев.
Стабилизационный заем – один из способов реструктуризации ипотечных кредитов, взятых по стандартам Агентства по ипотечному жилищному кредитованию (АИЖК) с которым работают 145 банков из 75 регионов. В этом случае средства выделяются самой АРИЖК (в случае стабилизационного кредита – банком-кредитором). Реструктуризации подлежат ипотечные кредиты тех должников, у которых купленное в ипотеку жилье – единственное для проживания; доход снизился до суммы менее трех прожиточных минимумов на каждого члена семьи (после вычета ежемесячных платежей по ипотеке); продано уже все ликвидное имущество, включая ценные бумаги, паи и вклады; площадь купленного жилья составляет не более определенного минимума (50 кв. м – на 1 человека, по 35 кв. м на двоих и по 30 кв. м на троих и более); ипотечный кредит взят до 1 июля 2009 года и нет непогашенных просрочек более 90 дней, возникших до снижения дохода.
Заем (как и кредит) дается на 1 год: в это время заемщик платит только процента за заем, а по окончании года, платеж за кредит увеличивается. Как поясняют в АРИЖК, увеличение платежей теперь будет не таким высоким – 9% вместо прежних 15%.
При более детальном рассмотрении можно увидеть, что послабления для должников не так уж и велики. Например, те же пени – лишь небольшая часть от общей переплаты за кредит. Снижение повышения будущих платежей – само словосочетание не выглядит щедрым подарком. Однако большинство крупных банков отреагировали на эти события на редкость нервно.
«Закон пока больше защищает не кредиторов, а недобросовестного должника», - считает член президиума Международной организации кредиторов Сергей Афанасьев.
«У нас и так небольшой арсенал действительно эффективных средств принуждения для нерадивых плательщиков, - откровенничает сотрудник отдела взысканий одного из крупных банков, правда, инкогнито. – А теперь им дают сигнал, что государство на их стороне».
Это не сигнал, а ответ на чрезмерный прессинг банков, возражает председатель Союза заемщиков и вкладчиков Владислав Кудинов. «После кризиса достаточно большое количество заемщиков попало в трудную ситуацию не по своей вине», - говорит он. Но и банки, оказавшись в тяжелой ситуации, неохотно идут на реструктуризацию долгов, и гораздо жестче разговаривают с должниками, чем прежде. Понятно, что заемщики воспринимают это как нарушение негласного договора: мы-де мирились с вашими высокими процентами, а теперь вы не хотите пойти нам навстречу? У властей тут трудная задача: нужно и не допустить социального взрыва, и не угробить финансовую систему страны.
Между тем, сообщила директор управления по работе с проблемными активами Сбербанка РФ Светлана Сагайдак на конференции «Залоги-2010», более 70% залогового имущества 20 крупнейших российских банков приходится на недвижимость. На жилье приходится 18,5% залога, но здесь стоит заметить, что большинство банков стараются не доводить дело до перехода залога в их руки.
«Квартира может повиснуть на банке разве что в каком-то единичном, уникальном случае, - признает сотрудник пресс-службы ВТБ24 Артем Бочкарев. - Самому банку квартиры на балансе не нужны».
Если принять во внимание эти соображения, то придется признать, что ситуация с «зависшими» ипотечными квартирами достаточно серьезна. И в этих условиях, видимо, хорошего выхода нет ни для одной стороны.
