Люди не любят сдавать жилье семьям с детьми и животными – они портят обои. Оказывается, вред обоям способны нанести и вдохновенные математики – если их окрылит идея!
Отомстил за развод
Продаваемая квартира находилась в знаменитом золотом треугольнике. Предвкушая роскошные интерьеры и изысканный дизайн, риэлтор Сергей отправился квартиру посмотреть. Заранее впечатлился метражом – 200 метров!
На просмотр его повезла хозяйка квартиры на вишневом «Рено-логане». Сергей отметил про себя демократичность женщины – владеет практически дворцом, а катается на народной машинке. Хозяйка рассказала, что в квартире произведен ремонт, занимался им бывший муж, и она еще сама не видела квартиры после отделки. Муж обещал, что ей понравится. И раньше там было хорошо, а сейчас, после ремонта, видимо, просто шикарно!
«Муж ничего не делает плохо, для него качество – вопрос чести! И вообще, он – хотя и богатый, но очень добрый и заботливый. Жалко, что развелись!»
Старинный добротный дом в двух шагах от Невского покорял благородством архитектуры. Высоченные двухстворчатые двери в квартиру отворились, не скрипнув.
Внутри ожидалось великолепие достатка и вкуса – но встретило визитеров великолепие запустения. Огромное пространство, явно подготовленное к ремонту. Снесены стены, разбит паркет, на потолке видна обрешетка, воздух подозрительно сырой – этаж последний, явно последствия протечек. Никаких следов отделки – только издевательская надпись на стенке: «С новосельем! Живи по доходам!» - и рядом бутылка дешевого шампанского «Лев Голицын».
У запасливого Сергея нашлась валерьянка, и потенциальная клиентка использовала весь пузырек. Порывалась звонить бывшему мужу, но Сергей отобрал у нее телефон: не хотел жалких сцен. По прошествии получаса клиентка слегка пришла в норму и решила осмотреть квартиру – хотя все было на виду. Огромный пустой квадрат, из обстановки лишь пресловутый «Лев Голицын» и помятое ведро.
Из истеричных объяснений хозяйки стало ясно: был суд, который квартиру разделил пополам между супругами. А после суда в приватной беседе бывший супруг великодушно сказал, что всю квартиру оставляет жене, и даже, в память прожитых лет, ремонт берет на себя. Но официально подтвердит свой отказ от квартиры в пользу супруги, когда руки дойдут. Жена порадовалась такому порыву великодушия. А то муж, когда развод состоялся, добровольно отдал ей лишь «Рено-логан», на котором возил собаку выгуливать. Из всего-то совместно нажитого. И вообще намекал на более простое решение вопроса по разделу имущества – там еще предполагался персональный участок земли для жены, полтора метра на два.
«Кстати, о метрах, здесь метров сто, а где остальные?» - спросил Сергей.
«А остальные - за стенкой! Квартира перегорожена! Он же врал, что после суда передумал, и всю квартиру мне оставляет, - пожаловалась хозяйка, стукнув кулаком по неоштукатуренному кирпичу. - Там – половина квартиры!»
За стенкой оказалась не только половина квартиры, но и вообще все коммуникации.
«Деньги нужны срочно, цену можете снижать, мне важны сроки», - так рассуждала хозяйка по дороге на просмотр.
Но до денег еще очень далеко… И по сей день квартира пребывает в этом же разрушенном состоянии. Впереди – суд по поводу отрезанных коммуникаций, ремонт, на который непонятно где взять средства.
И – параллельная история: Сергей продавал квартиру одной разведенной жены. Она так обрисовала свои отношения с бывшим мужем: «Сам снимает комнату, а квартиру мне оставил. От денег за долю нотариально отказался, хотя у него их нет. Вот не зря ли развелась, теперь думаю?»
Мораль – надо смотреть, с кем заключается брак. Хорошенько смотреть - ведь с порядочным человеком и разводиться приятнее!
Упертые ферматисты
Претензии к агенту по поводу найденных жильцов после сдачи квартиры поступают редко, но все-таки поступают. Сергею позвонила хозяйка сдаваемой квартиры и попросила придти посмотреть, «как уделал помещение» рекомендованный им жилец. Сергей приехал.
«Да-а…» - только и смог сказать. «И ведь из залога это не покрыть! - возмущалась хозяйка. – Вы его где вообще, в каком дурдоме нашли?!» «Да не в дурдоме вроде, на математическом факультете Университета человек учится, отличник,» - оправдывался Сергей.
Все стены, оклеенные свежими дорогими обоями, были буквально испещрены математическими формулами. Следы жирного черного фломастера начинались в десяти сантиметрах от пола (писал, видимо, лежа) и заканчивались под потолком (а там явно с табуретки). Сергей узнал кое-какие математические значки. Смысл настенной росписи был непонятен в двух отношениях: а) про что это, и б)зачем портить чужое имущество?
Заехал Сергей в Университет. Подгадал в перерыв. Ожидая математика в коридоре, сделал выводы – здесь много слегка сдвинутых товарищей. Ведут себя неадекватно: ходят по коридору и тихо сами с собой беседуют. Таких Сергей насчитал четверо. Пятый писал на стенке. Оказался тем самым жильцом. Сергей высказал ему претензию – и жилец обещал со стипендии оклеить все ватманом. И больше не писать на стенках.
Уборщица, с которой Сергей разговорился, посоветовала не верить. Писать все равно будет!
«Они тут все такие – теорему Ферма пытаются доказать! Им не до земного – подумаешь, стены-обои! А докажут – какую-нибудь премию дадут! Еще и гордиться будем, что за ними формулы со стен смывали».
«За нобелевку стараются!» - восхитился Сергей.
«Нобелевская премия в области математики не положена. Есть такая легенда: математик у Нобеля даму сердца увел. И Нобель на всех математиков обиделся», - обстоятельно разъяснила уборщица.
«И Богом, и Нобелем обиженные эти математики, - рассказывал Сергей хозяйке. – А обои жилец поменяет, я за этим лично послежу…»
Конфликт уладился, хозяйка даже посмеялась.
