Историй о взаимоотношениях иностранцев и наших соотечественников много. Что поделаешь – мы дети очень разных народов!
Музей камня
Есть опасные профессии, и их немало: летчики, моряки, военные. Саперы также – они, говорят, больше одного раза не ошибаются. Есть спокойные профессии – библиотекарь, например. Но им платят мало – видимо, учитывается отсутствие риска…
Александр, став риэлтором, был доволен: и интересно, и деньги неплохие. А то, что его профессия является травмоопасной, он понял лишь на второй год работы.
Пришел на просмотр сдаваемой квартиры. Хозяева-геологи (тоже работа с риском!) отъезжали «в поля». В квартиру достаточно только было войти – и сразу становилась понятна профессиональная принадлежность хозяев: всюду камни. Большие и мелкие, на полках и подставках. Многие, как в музее, снабжены табличкой: хризопраз, найден тогда-то там-то. Музей камня! Александру интересно, конечно, а хозяева еще и рассказчики хорошие. Дали подержать почти целый бивень мамонта, рассказали про «банный камень» талькохлорид, показали осколок настоящего метеорита. Габбро-диабаз, шунгит, кительский гранат. Звучит красиво, и у каждого камня – какая-то история. Александр прямо заслушался.
И это в музее «руками не трогать», а здесь можно. Положил Александр на полку сросшиеся кристаллы горного хрусталя, потянулся за какой-то глыбкой кирпичного цвета… А полка, на которой каменные чудеса стояли, возьми да и оборвись! И рухнула пресловутая глыбка прямо Александру на ногу, на большой палец. Вес там немаленький, изломы острые. И домашние тапки не спасли от солидной травмы. Больно – ужас! Александр аж зашипел.
Пока хозяева Александра в «травму» возили, лекции продолжались. Видимо, отвлечь пытались – и получилось.
Рухнул на Александра кусок шокшинского малинового кварцита, который издавна добывают в Шокшинской бухте Онежского озера. Из этого камня выложена венечная часть мавзолея в Москве и слово «Ленин» на мавзолее же. А еще из этого кварцита сделан саркофаг Наполеона. Николай I при передаче камня французам сказал: «Наполеон в борьбе с Россией потерял былую славу, и Россия же сооружает ему надгробный памятник». Так что приобщился Александр посредством кварцита к великим личностям. И просветился.
Квартиру он сдал быстро, попросив хозяев на всякий случай упаковать коллекцию камней в чулан, а вот хромал долго. Объяснял всем важно и туманно: производственная травма! Через Ленина с Наполеоном.
Страсть к познанию
Агент Александр начинал свою профессиональную деятельность еще в ту пору, когда вершиной комфорта в обычной съемной квартире было наличие телефона, телевизора и приличной мебели. Стенка с сервизом «Мадонна», мягкая «тройка», ковер – в общем, мечта хозяйки 70-х…
Так получилось, что Александр работал с иностранцами. Неплохое знание английского и немецкого давало ему определенные привилегии. Иностранцы по тем временам попадались не особо взыскательные, и их устраивал российский комфорт.
А возможно, те, кто покапризнее, селились в гостиницах. А к Александру попадали аскеты или очень экономные. Для носителей валюты жилье в Питере обходилось в ерунду. Для сдающих же, наоборот – в кругленькую сумму.
Заселял Александр американских туристов – семью. На канале Грибоедова, в старинную петербургскую квартиру. Вот как раз в ней не было ни югославских стенок, ни хрустальной люстры. Была она обставлена старинной отреставрированной мебелью. На окнах – шторы малинового бархата. Обои – тисненые, а холл обит темной тканью. Интересная квартира, самобытная. Ощущалось в ней смешение времен – двух последних столетий. И не выглядело это кичем: все-таки квартира принадлежала художнице и историку. Сдали разово, уезжая в отпуск. Уж очень Александр соблазнительно описывал все блага, которые станут доступными после получения денег. И повелось семейство на легкую наживу.
Было непонятно, понравилась ли квартира американцам. Во всяком случае, восторгов они точно не выражали, хотя, по мнению Александра, квартира этого заслуживала. Оба одинаково подняли брови на просьбу Александра раз в три дня поливать алоэ на подоконнике. Отстоянной водой. Как понял агент, эта невинная просьба шокировала гостей. Решил не настаивать и перенес растение к себе.
Жили американцы в Петербурге три недели, и не было дня, чтобы они не звонили Александру с претензией или просьбой: то почему рядом нет супермаркета (а их тогда в исторической части города вообще не было), то – почему не пополняется запас туалетной бумаги и гигиенических средств… И почему ночью во дворе шумят нетрезвые люди, а некоторые даже нужду там справляют. Сплошные «почему», ответ на которые может быть один – а потому!
И все «почему» с белозубой улыбкой, которую даже по телефону слышно, доброжелательно так. Склочные оказались американцы, но Александр «крепил дружбу народов» изо всех сил. Несколько раз посылал приятельницу убираться в квартире, возил гостей в новостройку в универсамы, связывался с участковым на предмет ночного шума и импровизированного туалета… Пытался «не провалить задание»: в следующий раз и не подпустят к иностранцам. Устал страшно, начал принимать пустырник. Дни считал до отъезда американцев, в календаре вычеркивал как солдат перед «дембелем». Но был вежлив…
Кульминация настала за два дня до конца срока. В два часа ночи в коммуналке Александра раздался звонок. Трубку снял сосед дядя Саша, как всегда – пьяненький. У него-то американцы на ломаном русском пытались выяснить, а где в их квартире кондиционер. Жарко им стало. Дядя Саша на чистом русском мате объяснил, что не знает никаких кондиционеров, и что здесь не офис, а коммуналка. Минут пять объяснял, что такое «коммуналка», но безуспешно. Дети разных народов… Тезку своего звать к телефону дядя Саша отказался. Сказал, что парень и так мало спит.
На следующий день Александра встретили в квартире на Грибоедова как родного. Спрашивали, правда ли, что в коммуналке посторонние люди живут все вместе и дружат? И какие причины побуждают их к совместному проживанию? А что тут можно ответить иностранцам кроме «Правда, только чистая правда»? Про причины Александр замял.
Американцы перед отъездом горячо благодарили Александра, подарили ему пластмассовые электронные часы, а в следующий приезд просили поселить их в коммуналке. Только там! Александр пообещал… В рамках экстремального туризма. А что еще оставалось?
