Великая беззаветная любовь к четырехлапым созданиям природы может ввергнуть в слепоту и даже слабоумие…
Повезло с жильем
Это раньше на нашем юге были проблемы с жильем. Отпускники селились на балконах, в парниках, сарайчиках без окон – а чего, ночи теплые, дождей почти не бывает. А уж если повезло, и в помещении имелся телевизор-холодильник, то проживание сразу тянуло на класс «люкс». Сегодня же все наши курорты утыканы гостевыми домами, и «частный сектор» им, похоже, проигрывает. Номера с кондиционерами, душевыми кабинками стали нормой всюду. Стараемся составить загранице здоровую конкуренцию.
Впрочем, раньше «на юга» наши люди ездили только ради моря, солнца и фруктов. Такие вещи, как комфорт, были вторичны. Не избалованы все-таки были советские граждане, неприхотливы…
Эта история произошла с агентом Светланой, еще когда не было в риэлторов, а были «черные маклеры» и бюро обмена жилплощади. Вот в одном из бюро обменов и трудилась Светлана. Но это так, к слову.
Приехала Светлана с подругой на юг, в Гурзуф. Провести трехнедельный отпуск. Был у них адрес, где вроде бы сдают комнату. Но по этому адресу все оказалось «забито». Пошли бродить – искать. К концу дня претензии дам с отдельной комнаты на двоих снизились до хоть какой-нибудь сараюшки. Темнеет рано, а ночевать на морском берегу хоть и романтично, но двум девушкам небезопасно.
Забрели в какой-то теремок с навязшим в зубах вопросом: «У вас ничего не сдается?» Неожиданно услышали положительный ответ. Радостно потрусили за хозяйкой. Почему-то обошли дом и углубились в сад. Там, то ли под грецким орехом, то ли под персиком – темнело уже, не разглядеть – стоял огромный... сундук непонятного назначения. Впрочем, когда хозяйка откинула крышку и посветила внутрь фонариком, назначение стало понятно: жилье. Матрасы свернутые, одеяла. «А душ там, а кухня – там,» - помахала хозяйка в неопределенном направлении.
- А ночью в сундуке не душно? – только пискнули девушки.
- Какое душно? Еще замерзнете! - обнадежила их хозяйка. Выдала девушкам огромный замок и посоветовала: «Уходите гулять – помещение запирайте. А то я за ваши вещи не отвечаю». Цену назначила как за полноценное жилье, но что делать, если спрос превышал предложение и не было никакого выбора вообще… А утешались девушки тем, что в сейфе, например, было бы хуже: не проветривается.
«Их там столько – и не сосчитаешь!»
Раньше старые девы составляли приличный процент населения Петербурга и значительно прибавляли ему колорита. С одной из таких дам пришлось иметь дело агенту Вячеславу. Он до сих пор вспоминает общение с Изольдой Тихоновной с удовольствием и некоторой ностальгией, ее манеры старой петербурженки, интеллигентность и образованность, эрудицию и великодушие. Что ни говори, редкость в наши дни! Час общения с ней был равен дозе гуманитарного образования. Каждый раз Вячеслав уходил от нее, чувствуя себя благороднее и образованнее. Возможно, существует некий микроб, передающий информацию подобного рода. Не только же насморк и грипп заразны!
Дело Изольды Тихоновны было вроде и несложным: снять комнату в коммуналке. Все последние годы бедная женщина мыкалась по съемным квартирам. Не ужилась с семьей брата, травили ее там, как понял Вячеслав из туманных интеллигентных намеков клиентки.
А комнаты клиентка меняла раз в несколько месяцев. Странноватая охота к перемене мест в ее возрасте. Прямо цыганка какая-то, нигде осесть не хочет. На самом деле, не хотели Изольду Тихоновну соседи. В любой коммуналке рано или поздно начинали протестовать и воевать из-за… многочисленных кошек жилицы. Запах, шерсть были основной претензией.
Изольда Тихоновна очень трогательно защищала свое пушистое семейство даже от Владислава, хотя он ко всему относился с пониманием. «У меня всего четыре киски. И никакого запаха от них нет. А вот в комнате соседа справа, действительно, разносится амбре… И ни разу я не заметила, чтобы он воспользовался ванной. А кошек у меня всего четыре, четыре!». Настолько глубоки были обиды женщины, что она отодвигала благородство манер и сплетничала о соседях. В деле защиты животных – все средства хороши! Вячеслав, сидя в комнате, деликатно отводил глаза от трех кошек на диване… натыкался взглядом на двух на подоконнике… со шкафа свешивался полосатый хвост. Сумел насчитать восемь штук. Но, возможно, их было и больше – под диваном что-то шуршало.
Пришлось Вячеславу как-то быть арбитром в споре Изольды Тихоновны с соседями, причем, спор шел именно о количестве кошек. Остальное соседей не волновало, они просто хотели знать их точное количество, которое было явно больше, чем заявленные при въезде четыре киски. Как-то соседи прозевали их заселение, или, скорее всего, Изольда Тихоновна пронесла их контрабандой, под одеждой. И теперь, наученная горьким опытом, скрывала от соседей численность своего драгоценного стада. А соседи требовали оглашения – и все тут!
Над дверью комнаты Изольды Тихоновны было большое окошко – такое в старых домах сплошь и рядом. Так кошки полюбили его. Когда хозяйка выходила в магазины, они начинали там свое кошачье дефиле. То одна мелькнет, то другая. То пятая… а соседям развлечение: пытаются сосчитать. Белая, черная, в полоску, трехцветная, три сереньких в разноцветных ошейниках. Сколько же, спрашивают Изольда, у тебя их там? А она все одно твердит: «Четыре: две белых, черная и рыжая.».
Созвал Вячеслав всех алчущих правды на кухню тайком от своей симпатичной клиентки. Выслушал…Поняв, что соседей всего-навсего обуял зуд правдоискательства и кошачьей пастушке террор не грозит, Вячеслав, мысленно извинившись перед Изольдой Тихоновной, оклеветал ее. Но это была ложь во спасение! Он сказал, что у его клиентки – с головой проблемы. Выражаются в том, что она совершенно не умеет считать больше чем до четырех. А так она совершенно безобидна. Соседи прониклись (они-то читали едва ли не по слогам, а считать умели неплохо). Пожалели убогую: «Как же она в магазине-то? Обсчитывают, наверное». А кошек, сказал Вячеслав, всего шесть. Убавил на всякий случай. Та же ложь во спасение.
И вот уже третий год живет клиентка на одном месте. Осела. А Вячеслав к ней иногда перед праздниками заскакивает, приносит пирожные и гостинчик кискам. Они больше всего сыр с плесенью уважают. Такие изысканные – в хозяйку!
