По наследству можно получить недвижимость – и плохой характер, деньги – и цвет глаз. Петербургской пенсионерке, кроме антиквариата, по наследству передалась страсть к экономии, которую она реализовывала, пользуясь достижениями научно-технического прогресса.
Блеск и нищета питерской пенсионерки
Войдя в комнату, Олег не сразу понял, что ему кажется «не таким». Большая комната с двумя окнами, выходящими на оживленный проспект. Убрано, лишней мебели нет. Та, что есть – массивная, резная, явный антиквариат. По стенам – картины в золоченых багетах. Тяжелые бархатные шторы. Наборный ухоженный паркет.
Приглядевшись, сообразил – нет ни одного источника электрического освещения. Ни люстры потолочной, ни настенных бра, ни торшеров тебе. Из потолка торчат огрызки заизолированных проводов. Зато на комоде, инкрустированном перламутром, симметрично расположились два канделябра с оплывшими свечами. Между ними – керосиновая лампа с закопченным стеклом.
Хозяйка комнаты, Майя Борисовна, не очень пожилая пенсионерка, была радушна и хлопотлива. Подробно высказала пожелания – хочет она за комнату дом в области, теплый, зимний, с удобствами. Деньги на небольшую доплату имеются – прикопила с пенсии. Поила желтеньким чаем с каменными пряниками, вознамерилась рассказать историю жизни своей – первый муж… третий муж… старшая дочь… Хотя жизнеописание и не имело прямого отношения к продаваемой комнате, приходилось вежливо слушать. Где-то на троюродном родственнике сюжет внезапно вошел в нужную колею. Оказалось, когда-то квартира была отдельной и принадлежала большой семье. Ответственным квартиросъемщиком был троюродный дядя Майи Борисовны. Он слишком трепетно относился к призыву Ленэнерго экономить электричество. Этот самый троюродный имел неудобную привычку – он все время за всеми следил на предмет «лишнего» электричества. Выключал свет в особо неподходящие моменты - идет человек по коридору с подносом, щелчок выключателя – и человек в полной темноте. Иди себе и на ощупь подносом ориентируйся. В санузле на электричество любой член семьи имел право на пять минут – а нечего там больше делать! И бороться было бесполезно – троюродному было хорошо за восемьдесят. Домочадцы относились к такой тирании философски: неизвестно, какие сами будем в его возрасте.
«Но у меня началось раньше, - смущенно призналась Майя Борисовна. – Пенсия маленькая, а экономия без электричества выходит неплохая. И чтобы не было соблазна, все электроприборы я продала на блошином рынке.»
«Ничего себе! – не удержался Олег. – А как же туалет, ванная? Телевизор – сериалы-то как смотрите и новости?»
«А у меня свечи и керосиновая лампа. С ними хожу в туалет и ванную. Телевизор смотрю у соседей. А дома читаю много. Самый главный плюс – вечером у меня тоже светло! Реклама-то прямо под окном, таким спокойным зеленым светом все освещает. А как надоест читать – шторы задергиваю. Очень удобно. Экономия приличная».
Да. Блеск и нищета российской пенсионерки. Цены одного стула, небось, хватило бы иллюминировать Невский праздничным вечером, а читает при свете рекламы.
Но – успокоил себя Олег, у нее режим жесткой экономии в крови, с буфетом и картинами по наследству передался. И получился такой экономный кот Матроскин. Хлебом не корми – дай что-нибудь поэкономить.
…Когда комната была успешно продана, Олег принес пакет из супермаркета. Подарок экономной Майе Борисовне. В пакете – колбаска, пряники, фрукты. И упаковка свечей – их ведь тоже можно экономить.
Незаслуженно обидели - заслужи!
Продавал агент Олег квартиру в Адмиралтейском районе. Она у хозяев была не единственная, держали для сдачи. Потом решили «расширяться» и выставили на продажу. Жильцы, снимающие ее, не возражали против просмотров - снимали студенты, а они народ вообще с легким характером. Тем более, их в квартире трое жило. Все равно народу много.
Хозяин квартиры убедительнейшим образом просил их следить за порядком, а то из-за бардака квартиру не продать. Просьбы его цинично игнорировали, и в конце концов он заподозрил: а не специально ли студенты народ отпугивают? Ведь продастся квартира – придется им съезжать, новое жилье искать.
И поставил им хозяин жесткое условие – к следующему просмотру чтобы был в квартире идеальный порядок, как в гостинице. Иначе – все вон!
Пришли на просмотр – агент Олег, предполагаемый покупатель и продавец. Покупатель квартиру искал тоже для сдачи. Поднялись на этаж. Дверь была отчего-то приглашающе распахнута. Вошли – и тут хозяин от возмущения голос потерял. Во-первых, развал - горы одежды и мусора. Во-вторых (а и «во-первых» было достаточно для хозяйского потрясения), попали как раз на попойку, в самый ее разгар. Студенты горячо рассуждали о том, что порядочным людям порядочно достается от жизни. А вот всяким «хорькам» – раздолье. И никакой справедливости в жизни бесправных студентов. И чуть что – всякий «хорек» армией пугает. Сам-то небось не служил.
Один, не очень пьяный, студент-эрудит цитировал некоего Бергера в разных тональностях: «В науке, как и в любви, чрезмерное увлечение техникой приводит к импотенции». Адресовалось отсутствующему обидчику. Вошедшие прослушали цитату три раза, Олег даже запомнил.
Пока хозяин приходил в себя и готовился к атаке, стало понятно идейное содержание бурной беседы: видимо, кто-то не сдал что-то техническое и поимел неприятности от преподавателя, а остальные его утешают.
Студенты повернули голову на возмущенный вопль хозяина. Разглядели сквозь табачный дым вошедших – и замерли. Заговорил покупатель.
«Здравствуйте-здравствуйте, - со странной многозначительностью произнес он. – К пересдаче готовимся?»
Студенты – народ неробкий, а тут что-то «сдулись». Полиняли как-то. Олегу понадобилось полминуты, чтобы в ситуации разобраться – привел он в логово горе-студентов того самого «хорька», который и в армии не служил, и порядочных студентов обижает. Права их попирает из садистских наклонностей и (так из беседы следовало) из-за мужской и интеллектуальной ущербности.
Ситуация забавная – но не для студентов. «Хорек» успел расслышать много ненужного.
«В армии, между прочим, я служил. В ВДВ. И там меня научили за порядком следить и таких сопляков, как вы, к порядку приучать!»
Далее события развивались так – пришедшие квартиру осмотрели, натыкаясь на ошарашенных студентов – они делали, по команде, быструю приборку.
Квартиру бывший ВДВшник и гроза студентов купить захотел. Согласие дал тут же, не беря времени на раздумья. Согласился демонстративно громко. «Но, - кровожадно прибавил он, - Покупаю только вместе с ЭТИМИ жильцами! Некогда мне новых искать, а эти уже проверенные. Пусть остаются. Я их до пятого курса еще многому научу!»
Развернулся подчеркнуто четко, по-армейски, и первым вышел из комнаты. За ним выскочили Олег с хозяином квартиры. Прикрывая дверь, хозяин шепнул: «Ребята! Простите! Я же не нарочно!» Протяжный стон был ему ответом…
